АНАСТАСИЯ АГЕЕВА | 21 МАРТА 2022

СОБЫТИЕ: ПЛОД ОБЩЕСТВЕННОЙ МОРАЛИ

Душераздирающая картина Одри Диван, отмеченная Венецианским кинофестивалем и французской Академией искусств

СОБЫТИЕ: ПЛОД ОБЩЕСТВЕННОЙ МОРАЛИ

АНАСТАСИЯ АГЕЕВА | 21.03.2022
Душераздирающая картина Одри Диван, отмеченная Венецианским кинофестивалем и французской Академией искусств
СОБЫТИЕ: ПЛОД ОБЩЕСТВЕННОЙ МОРАЛИ
АНАСТАСИЯ АГЕЕВА | 21.03.2022
Душераздирающая картина Одри Диван, отмеченная Венецианским кинофестивалем и французской Академией искусств
ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Режиссеры: Одри Диван
Страна: Франция
Год: 2021

В поле этических вопросов уже несколько лет остаются две темы: эвтаназия и аборты. Идея их повсеместного введения имеет как сторонников, так и противников, а главное — это стало причиной активных дискуссий со своими отличительными чертами на всех континентах и в разные временные промежутки. Однако пока первая медицинская процедура предполагает выбор одного человека относительно собственной жизни, вторая имеет более шаткое положение. Главные вопросы в этой связи — чьим телом распоряжается женщина, когда дает согласие на убийство эмбриона, и должна ли она принимать это решение самостоятельно, без давления общества?

Картина Одри Диван «Событие», уже доступная для просмотра на платформе KION, изучает французское общество начала 1960-х. Студенты того времени ничем не отличаются от нынешних: они заботятся о завтрашнем дне, внимательно относясь к образованию, но не забывают иногда отключаться от лекций и семинаров, пускаясь в пляс на вечеринках. Открытые плечи у девушек и выглаженные рубашки у парней, однако, не означают их готовность к интимным отношениям. Сексуальная жажда затмевается более важным чувством — ответственностью перед законом, если последствием одной из таких вечеринок станет нежеланный ребенок.
В безрадостной ситуации будущего материнства оказывается юная студентка филологического факультета Анн. Перспективная и ясно думающая, она паникует, когда обнаруживает задержку в три недели. В этом формате девушка будет отсчитывать дни и дальше: вот прошло семь недель — и она пытается разобраться с проблемами своими силами; девять — и она едет в Бордо к отцу ребенка; двенадцать — и это ее последний шанс разорвать их с эмбрионом судьбы.

Вокруг же все будет напоминать о нерешенной задаче: и фасоль в ярко-красном томатном соусе, размазанном по тарелке в доме неведающих родителей, и красные шторы, кричащие о приближающейся беде (или спасении?), и рубашка симпатичного пожарного из соседней казармы, волочащегося за девушкой. В противовес этому цвету разрушения Одри Диван внедряет в мизансцену голубой, который транслирует надежду и осознанность. Когда Анн уверенно идет к своей цели, она надевает голубые блузки в полоску — еще одна символическая деталь, — распускает волосы и шагает навстречу неизвестности. И все же прекрасно понимает, что в конце ее ждет немыслимая боль, которую можно почувствовать даже через экран: по глазам Анн, напоминающим испуганную лань, бессильным стукам по стене и еле заметным конвульсиям в расфокусе. «Ни звука, ни крика» — закон процедуры. А ведь хочется вопить во все горло, хотя под голубым фартуком ее спасительницы платье грязно-желтого цвета — символ жизненной стабильности и уверенности.

И все же Анн вынуждена молчать и проглатывать одну обиду за другой: оправдываться перед преподавателем из-за неудовлетворительной отметки, искать призрачную поддержку у Максима — парня, который сыграл не последнюю роль в зачатии, выслушивать нотации от однокурсника Жана. Не все мужчины в «Событии» — антигерои, ставящие палки в колеса, но и не каждый поможет Анн, если бремя, которое она несет в одиночку, в итоге раздавит ее. После объяснений с Максимом девушка идет одна по темной дороге и садится в машину к незнакомцу. Обученный на ужасных событиях мозг современного зрителя громко уведомит о возможной опасности, но для Анн, кажется, уже нет ничего страшнее растущего в ее чреве ребенка.
На большинстве кадров оператор Лорен Танги размещает героиню сбоку, со спины, сфокусировав на ней камеру и размыв все, что она видит перед собой. Девушка уходит в размышления, обдумывая план по сохранению своей жизни, пока та самая жизнь проходит мимо. Осознают такое положение дел и ее друзья: девушки ахают в ужасе, Жан смотрит на нее с сожалением, но стремительно уходит прочь. А что он может сделать, кроме как предложить занятие, которое уже не причинит Анн большого вреда: «Никакого риска — ты уже беременна».

И по этим причинам «Событие» важно посмотреть скорее мужчинам, нежели женщинам. Последние могут в какой-то степени поставить себя на место Анн, поскольку знакомы с переживаемой ею болью и были рождены в оболочке, которая в определенных ситуациях считается в обществе второклассной. Например, в одной сцене к героине приходит ее подруга и сознается в схожем деянии — просто потому, что понимает необходимость хотя бы вербальной поддержки. А вот мужчинам, избежавшим участи продолжать род посредством предоставления своего тела, необходимо увидеть и прочувствовать фильм потому, что здесь нет привычного для массового кино смягчения и приукрашивания. В частности, Одри Диван добавила в «Событие» душераздирающие сцены с народным избавлением от ребенка. С одной стороны, они несут образовательную функцию, с другой — это прямолинейный возглас отчаяния.
И такая достоверность — заслуга не только режиссера. В качестве основы Одри Диван взяла автобиографию французской писательницы Анни Эрно. На заданные нами в начале рецензии вопросы она ответила за восемь лет до публикации известного «Манифеста трехсот сорока трех» — противостояния известных и не очень женщин уголовному преследованию за аборты. В обращении они отметили: «Я заведу ребенка, если у меня на это будет желание. Никакое моральное давление, никакие институты, никакая экономическая необходимость не могут меня заставить». Похожая дерзость — так Максим определил уверенность Анн в своих силах — транслируется и в каждом кадре «События».

Поэтому совсем неудивительно, что Венецианский фестиваль одарил картину четырьмя наградами, а французская Академия искусств и технологий кинематографа присудила Анамарии Вартоломеи, исполнившей роль Анн, премию «Сезар» как самой многообещающей актрисе.

Редактор: Лена Черезова
Автор журнала «Кинотексты»
Понравился материал?
ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Поддержать «Кинотексты»
Любое Ваше пожертвование поможет развитию нашего независимого журнала.
Made on
Tilda