Ная гусева | 21 ЯНВАРЯ 2022

ЛАКРИЧНАЯ ПИЦЦА: СЛАДКО О ГОРЬКОМ

Фильм-ностальгия по «сказочной» Америке 70-х и манящая влюбленность во все вокруг, которую мы давно потеряли и, к сожалению, переросли

ЛАКРИЧНАЯ ПИЦЦА: СЛАДКО О ГОРЬКОМ

НАЯ ГУСЕВА | 21.01.2022
Фильм-ностальгия по «сказочной» Америке 70-х и манящая влюбленность во все вокруг, которую мы давно потеряли и, к сожалению, переросли
ЛАКРИЧНАЯ ПИЦЦА: СЛАДКО О ГОРЬКОМ
НАЯ ГУСЕВА | 21.01.2022
Фильм-ностальгия по «сказочной» Америке 70-х и манящая влюбленность во все вокруг, которую мы давно потеряли и, к сожалению, переросли

«Любовь вносит идеальное отношение и свет в будничную прозу жизни, расшевеливает благородные инстинкты души и не дает загрубеть в узком материализме и грубо-животном эгоизме».

— Иван Бунин

ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Режиссер: Пол Томас Андерсон
Страна: Канада, США
Год: 2021

Кинематографисты потихоньку заканчивают рефлексировать о пандемии и отходят от замкнутых пространств, вирусов, угроз человечеству и прочих ужасов, которыми откармливали зрителя. Ностальгия по прошлому уходит куда глубже, чем на два года назад. Маховик времени теперь относит нас на десятилетия назад, когда проблемы и их масштаб были совсем другими. Или казались другими.

Пол Томас Андерсон — монументальный режиссер, чья «Нефть» действительно ощущается как тягучее черное пятно, а «Мастер» задается вопросами куда глубже, чем просто веры и места человека в послевоенном мире. Но даже Андерсон создает кинематографический заменитель сахара — нечто хоть и сладкое, но далекое.

Можно сказать, что «Лакричная пицца» завершает триптих Андерсона о том, как внезапно могут переплетаться человеческие судьбы. «Магнолия» 1999-го года связывает персонажей в болезненный узел, последствия которого навсегда оставят след на героях. «Любовь, сбивающая с ног» 2002-го уже нечто совсем иное, настоящий эксперимент Андерсона. В ней есть исцеление, которое для главного героя Адама Сэндлера ощущается больше как открывающий глаза удар по лицу. И вот «Лакричная пицца», где любовь не сбивает с ног и не заставляет страдать. Она просто есть, без всякого сценария и предсказуемого развития событий, поднимает на ноги и заставляет бежать. Прямо как в жизни.

Андерсон снял ностальгический романс о времени, которое сейчас воспринимается совсем иначе. 70-е в США — это нефтяной кризис, Уотергейтский скандал, антивоенное движение и окончание периода процветания. В «Лакричной пицце» упоминается разве что первый пункт, и то чтобы показать неосведомленность главного героя о собственном деле. Андерсон изображает карикатурных звезд Голливуда, ностальгирует по жутко популярным в то время водяным матрасам и вспоминает, как сложно было подобраться к игровым автоматам. Андерсон не пропускает трагедию ни в каком виде.

В главных героях фильма есть что-то бунинское, у которого «каждая любовь была катастрофой». Но Андерсон говорит катастрофе «не сегодня» и сталкивает две абсолютные противоположности. Неясно, отсылает нас название фильма к сети музыкальных магазинов, которые помнит Андерсон-подросток, или говорит о невозможном в природе сочетании.
Гэри Валентайн (Купер Хоффман), чье имя больше подходит для голливудской звезды, чем для пятнадцатилетнего парня, идеальный подросток Америки 70-х.

Он кажется взрослее своего возраста из-за покоряющей всех харизмы, имеет задатки гениального бизнесмена и действительно рожден шоуменом. Обычно такое описание относится к персонажам крайне отталкивающим, но Гэри — исключение. Во всем, что он делает прослеживается подростковый максимализм и абсолютная уверенность в себе, которой многим так не хватает. И каждый раз, когда зритель уже сам почти готов купить у него водяной матрас, нам напоминают, что от мастера шоу-бизнеса у Гэри разве что фамилия.

Совсем другое дело Алана Хаим, которая задает натуральный тон всему фильму. Как минимум потому, что она сыграла сама себя, так еще и в партнерстве со своей настоящей семьей. Внутренний подросток самоуверенной в себе девушки ни то 25-ти, ни то 28-ми лет оказывается гораздо сильнее биологического возраста. «Это странно, что я тусуюсь с пятнадцатилетними», — говорит Алана и не делает с этим ровным счетом ничего.

Но Андерсон создал не просто уверенную в себе дерзкую девушку, образ которой в других декорациях вызвал бы скорее неприязнь. Алана — настоящая героиня 70-х, пытающаяся найти себя, свое признание, любовь и просто понять, что ей делать дальше в условиях патриархальной несвободы. Но как и с Гэри, стоит нам поверить в праведность ее действий, как Алана обезьянничает, высовывает язык и делает все назло, обнажая внутреннего ребенка. Возможно, не такие уж главные герои и разные.
«Лакричная пицца» абсолютно непредсказуема и похожа на виниловую пластинку, а зритель — на иглу, по кругу движущуюся к центру. Так же плавно и без ожиданий, что же заиграет дальше.

Андерсон запечатлел беззаботное время, где нет ничего критически важного. Даже десятилетняя разница в возрасте главных героев воспринимается как уморительный абсурд, а не повод для скандала. «Лакричная пицца» — тягучее летнее марево, прямо как сама лакрица, которая нравится далеко не всем.

Но все это могло бы быть пустышкой, не собери Андерсон идеальную формулу легкого ромкома. На первый план выходят свежие, настоящие лица, а в эпизодах мелькают Шон Пенн, Брэдли Купер и Бен Сэфди. Мы подсознательно ждем от Андерсона вынимающую сердце драму, а получаем хронологию событий, к концу фильма все больше работающую как нечто седативное и веселящее.

«Лакричная пицца» — фильм-портрет, который можно назвать необязательным. Он не несет в себе глубинных вопросов, конфликтов персонажей и переосмыслений. Зато в нем есть смехотворно инфантильные голливудские селебрити, теплая ностальгия по «сказочной» Америке 70-х и манящая влюбленность во все вокруг, которую мы давно потеряли и, к сожалению, переросли.

Редактор: Лена Черезова

Автор журнала «Кинотексты»
Понравился материал?
ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Поддержать «Кинотексты»
Любое Ваше пожертвование поможет развитию нашего независимого журнала.
Made on
Tilda