СЕРГЕЙ ЧАЦКИЙ | 24 ДЕКАБРЯ 2022

ЭТА ЗАМЕЧАТЕЛЬНАЯ ЖИЗНЬ: О, ГДЕ ЖЕ ТЫ, ЗРИТЕЛЬ?

Как умер и воскрес главный рождественский фильм всех времен и народов

ЭТА ЗАММЕЧАТЕЛЬНАЯ ЖИЗНЬ: О, ГДЕ ЖЕ ТЫ, ЗРИТЕЛЬ?

СЕРГЕЙ ЧАЦКИЙ | 24.12.2022
Как умер и воскрес главный рождественский фильм всех времен и народов
ЭТА ЗАММЕЧАТЕЛЬНАЯ ЖИЗНЬ: О, ГДЕ ЖЕ ТЫ, ЗРИТЕЛЬ?
СЕРГЕЙ ЧАЦКИЙ | 24.12.2022
Как умер и воскрес главный рождественский фильм всех времен и народов
ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ

/ Материал приурочен к предновогоднему показу фильма «Эта замечательная жизнь» в Особняке общества Пальма в рамках программы Out Cinema Screens /



В середине декабря в Интернете появился ежегодный «Черный список» голливудских сценариев, за реализацию которых браться или некому, или незачем. Традиционно, среди проектов, отложенных в долгий ящик, имеется немало байопиков: It’s Britney, Bitch про поп-певицу Бритни Спирс, Resurfaced, посвященный олимпийцу Майклу Фелпсу, The Boy Houdini о молодых годах иллюзиониста Гарри Гудини. Однако наше внимание привлек тайтл с заголовком It’s a Wonderful Story — «эта замечательная история» создания классического рождественского фильма «Эта замечательная жизнь». Того самого, без которого в Соединенных Штатах (да и за их пределами тоже) не обходится ни один праздничный телемарафон. Сентиментальной картины, что пришла в кинотеатры в первый послевоенный год и в том же 1946-м оказалась обречена на консервацию «в собственному соку». Премьера «Этой замечательной жизни» принесла ее создателям одну лишь мороку, так что мы не удивляемся тому, что хроника провала и неожиданного воскрешения этого проекта смогла вдохновить современного скринрайтера Александру Тран на написание полновесного и увлекательного биографического сценария.

Главному голливудскому фильму о торжестве рождественского чуда пришлось пройти тяжелый путь, прежде чем чудеса снизошли до яви, и «Эта замечательная жизнь» наконец-таки смогла отыскать, казалось бы, безнадежно утерянного зрителя спустя много-много лет после проблемной премьеры.
В своих мемуарах Фрэнк Капра утверждал, что «Эта замечательная жизнь» по задумке, де-юре, не являлась рождественской сказкой, и фильм стал таковым, что называется, впоследствии. Праздник в «Жизнь» принесло не желание режиссера расшатать бокс-офис перед Сочельником, а требования периферийной эпохи — эйфория, охватившая всех после окончания войны, захимичила с шаткой и циничной реальностью, которая уже нашла свое отражение в первых произведениях в жанре нуар. Вместе с осадком из реакции вышли и противоречия времени, в котором выпало жить двум ветеранам: Фрэнку Капре и Джеймсу Стюарту. На первого нацепили мундир, но винтовки не вручили, выдав на руки кинокамеру — по заказу Министерства обороны США режиссер снимал документальные «агитки» (самые знаменитые из них вошли в киноальманах «Почему мы сражаемся»). Второй же бился на передовой, рассекая небо над Бельгией, Францией и Германией в кабине бомбардировщика. Оба вернулись в стан «гражданских» с полковничьими погонами, оба приехали в парадной форме, тяжелой от медалей, и обоих сильно тянуло на съемочную площадку, дабы продолжать снимать кино. Такое, которого просит зритель, еще не забывший о повальной безработице 1930-х и до конца не оправившийся от ранений, полученных на фронте — светлых сюжетов о борьбе наивного добра и напыщенного, но уязвимого зла. В те годы незачем было обременять публику поисками «плохих» и «хороших», и если от Великой депрессии простых американцев спасали ковбои, певцы мюзик-холла и одномерные, но симпатичные мелодраматические типажи, то после Второй мировой эстафету экранных благодетелей перехватили ангелы без крыльев и предприниматели-неудачники, чья воля к жизни на порядок слабее стремления помогать ближнему своему, даже себе во вред.

Фрэнк Капра — сицилиец, эмигрант, католик до мозга костей, который верит в концепцию мира не без добрых людей, пускай мир этот и заперт внутри черно-белой иллюзии. Чудаковатое, возвышенно-обыденное место, где злыдень — карикатура, а таких вещей, как здоровый прагматизм и умеренная жадность, вовсе не существует. Человек здесь либо безмерно щедр, либо бесконечно алчен. В этом мире молитвы работают как письменные жалобы, поступающие в приемную властей, и чем больше их скопилось, тем оперативнее небесная канцелярия отреагирует на поток прошений и выпишет ангелу-хранителю «свободной смены» командировку на планету смертных. И если «райский телефон» заспамили просьбами помочь какому-то там ноунейму Джорджу Бейли, то это значит, что в вымышленном городе Бедфорд Фоллс, где тот обитает, возник бардак, а любой бардак необходимо в срочном порядке пресекать — божественным сущностям, как и клеркам с Земли, не особо хочется портить отчетность в преддверии Нового года.
Тем более, что прецедент в Бедфорд Фоллс произошел вопиющий: альтруистичный начальник кредитной конторы Джордж Бейли, оказавшись на волоске от банкротства в канун Рождества, решил отказаться от жизни — от величайшего дара небес. Зато от «Величайшего подарка» — рассказа Филипа Ван Дорен Стерна — не отрекнулся Фрэнк Капра. Имевший опыт в написании научных работ, но такой себе беллетрист, историк Стерн долгое время не мог найти издателя для своего коротенького памфлета на пару десятков страниц, а потому распространял «Подарок» собственными силами. Две сотни брошюр с текстом рассказа разошлись по друзьям и знакомым писателя под видом праздничных открыток. Одна из них добралась до одного из продюсеров RKO Pictures, который поделился находкой с коллегами. Сюжет Стерна привлек двоих выдающихся деятелей киноиндустрии — сценариста Далтона Трамбо и актера Кэри Гранта. С их подачки студия приобрела права на экранизацию, вот только проект застопорился еще на стадии пре-продакшена, после чего RKO продала права на экранизацию истории Стерна Liberty Films — студии Фрэнка Капры, которую тот основал после войны вместе с другим «дембелем» — режиссером Сэмюэлом Брискиным (чуть позже к ним присоединились постановщики Уильям Уайлер и Джордж Стивенс).

В рассказе об ангеле, что отговаривает от суицида простака из провинции, Капра разглядел не только тропы из «Рождественской песни» (Стерн никогда не скрывал того, что вдохновлялся знаменитой книгой Чарльза Диккенса), но и возможность. Как ни крути, а «Величайший подарок», что предлагал читателю окунуться в рождественскую сказку, в силу скромного объема не удосужился объяснить, как именно главный герой пришел к мысли о самоубийстве. Капра же решил обозначить трагедию отверженного человечка глобально, начав повествование не с первой страницы «Подарка», а с того, что могло бы ей предшествовать — с раннего детства будущего Джорджа Бейли, которого изобразил Джеймс Стюарт, до ухода на фронт сотрудничавший с Капрой на проектах «С собой не унесешь» и «Мистер Смит едет в Вашингтон».
В течении 90 дней, которые съемочная группа провела под палящим летним калифорнийским солнцем (именно поэтому лицо Джеймса Стюарта во многих «зимних» эпизодах залито потом), Капра ваял «Эту замечательную жизнь». В этом фильме не было ни песенных номеров, ни других явных черт беззаботного кино довоенной поры. Слащавый сценарий, фундаментом которого стало христианское всепрощение и педалирование идеи про «не имей сто рублей, а имей сто друзей», тем не менее не отрицал того факта, что даже по ту сторону экрана у людей возникают трудности с долгами и ипотекой, а крупных бизнесменов абсолютно не колышет судьба простолюдинов, чьими койко-местами в гнилых бараках они владеют. Не национальная депрессия, но ее зародыш — с виду легкая и непосредственная «Эта замечательная жизнь» будто бы готовила зрителей к последующему после войны засилью «черного фильма», в котором суровая реальность будет демонстрироваться без купюр и без прикрас.

Оптимистичную, с едва уловимой реалистской горчинкой «Эту замечательную жизнь» выпустили 20 декабря 1946 года. Картину сходу номинировали на пять «Оскаров», в том числе и на самую главный — за лучший фильм года. Однако лента смогла выхватить лишь одну награду — «Золотой глобус» в категории «Лучшая режиссура», при этом умудрившись слабо выступить в прокате. Несмотря на то, что фильм крутили в период рождественских торжеств, он еле-еле смогла отбить «в ноль» производственный бюджет, оцениваемый почти в $3,2 млн.

Дело не в том, что зрители восприняли «Жизнь» как проходную праздничную жвачку и проигнорировали ее. Да и нет в этом вины критиков, что ругали Капру за утрированную сказочность. Даже аналитики ФБР, обвинившие фильм в пропаганде коммунизма, не шибко навредили проекту Капры. Проблема заключалась в том, что независимая на бумаге Liberty Films по факту находилась под боком у RKO Pictures — в те времена каждый кинотеатра США входил в сеть, принадлежащую той или иной студии-мейджору, так что «Эту замечательную жизнь» крутили исключительно на площадках, подчиненных RKO — кинокомпании с наименьшим охватом аудитории во всей стране.

В конце концов, Liberty Films, в начале своего существования заключившая с RKO Pictures соглашение о совместном выпуске и показе девяти полнометражных фильмов (по три штуки на каждого из режиссеров-основателей, кроме вовремя покинувшего пай Брискина), смогла выпустить только одну киноленту. Первым и последним проектом Liberty Films оказалась «Эта замечательная жизнь», погрузившая компанию в долговую яму, из который нельзя было вылезти с помощью одних только зрительских охватов родительской студии. Скрепя сердце, Капра и его коллеги приняли решение о продаже Liberty Films, дабы расплатиться по кредитным обязательствам. В мае 1947 года студия отошла во владение Paramount Pictures, под флагом которой Капра, Стивенс и Уайлер снимали кино вплоть до начала 1950-х. Вот такая вот ирония судьбы: высшие силы, что спасли от финансовой (и заодно физической) смерти Джорджа Бейли, проигнорировали муки автора «Этой замечательной жизни», чей персональный долг в размере $25 тыс. в три с лишним раза превышал бухгалтерскую недостачу главного героя «Этой замечательной жизни», которая составляла $8 тыс.
Только спустя почти 30 лет со дня премьеры фильм Капры обрел второе рождение. В 1974 году ни одна из студий не собиралась продлевать права на демонстрацию «Этой замечательной жизни», так что на халяву слетелись телевизионщики. Многие телеканалы включили «Эту замечательную жизнь» в программу рождественских телемарафонов, а в 1976-м, в честь 30-летия картины, ее выпустили на видеокассетах. Тогда и только тогда, когда от «Жизни» отлипло бремя дистрибьюторских отчислений, она примерила на себя культовый статус и стала таким же незаменимым атрибутом американского Рождества, как и «Ирония судьбы» с гайдаевскими комедиями про Шурика для российского Нового года. Феникс, сгоревший в зале винтажного кинотеатра, восстал из пепла и взмыл ввысь благодаря малому экрану. И по сей день «Эта замечательная жизнь» продолжает оставаться одной из самых вдохновляющих рождественских историй, терапевтический эффект которой сложно переоценить и чью духовную мощь совершенно невозможно отрицать.
Автор журнала «Кинотексты»
Понравился материал?
ПОДЕЛИТЬСЯ ТЕКСТОМ
Поддержать «Кинотексты»
Любое Ваше пожертвование поможет развитию нашего независимого журнала.
Made on
Tilda